Научный архив: статьи

На протяжении всей истории в Русском государстве происходило постепенное обновление социальной элиты, в том числе за счет успешной адаптации представителей иных этносов. При этом выходцы с Востока всегда обладали в России высоким статусом. В случае перехода в православие дети и внуки «природных» государей и глав родоплеменных объединений успешно инкорпорировались в русскую служилую знать. Однако со временем ситуация стала меняться в сторону постепенной «девальвации» подобных аристократов. Она выражалась не только в значительном сокращении их материального содержания, но и в облегчении режима предоставления ими доказательств своих прав на княжеское достоинство. Данная проблема еще не рассматривалась в историографии. Статья посвящена истории одной из таких семей — ногайских выходцев князей Ураковых. На основе критического анализа дела о причислении к дворянству, инициированного одним из представителей рода в начале XIX в., был сделан вывод о том, что большинство из князей Ураковых на самом деле не имели прав на княжеское достоинство и не принадлежали к этой династии. Предоставленные ими документы были сфальсифицированы.

В статье анализируется история суда над казахским султаном Бараком, осуществленного четырьмя народными судьями — биями (1748 г.). Этот суд представляется весьма ярким примером кризиса ханского правосудия в тюрко-монгольских государствах, и в Казахской степи в частности, поскольку в его рамках был нарушен принцип рассмотрения дел ханов и султанов (прямых потомков Чингис-хана) только членами ханского же рода. В статье проводится ретроспективный историко-правовой анализ судебных процессов над членами рода Чингизидов в тюрко-монгольских государствах, а также выявляются причины постепенного упадка системы имперских судов в государствах — наследниках Монгольской империи и Золотой Орды, в т. ч. в Казахском ханстве и казахских жузах в XVII–XVIII вв. Источниками исследования выступают исторические хроники и летописи Средних веков и Нового времени, а также российская имперская официальная документация, отражающая существенные изменения в политической и правовой жизни в казахских жузах первой половины XVIII в., в т. ч. традиционных институтов власти, управления и суда, унаследованных Казахским ханством от Золотой Орды

Убийства послов в постордынской международной политике были чрезвычайно редким случаем, особенно в сравнении с нападениями, кражами, вымогательствами и мошенничествами. Один из таких казусов произошел с русским послом Третьяком Чебуковым в Сибири в 1573 г. В результате он вызвал идущую уже более 50 лет дискуссию о причинах и целях самого посольства, а также собственно убийства посла и его последствиях. Анализ немногочисленных источников показывает, что Третьяк Чебуков, хотя и известен по своей миссии в Искер к хану Кучуму в 1571 г., спустя два года был отправлен на переговоры в казахские степи, что актуализирует вопрос о времени и причинах установления русско-казахских отношений. Его смерть при этом не связана напрямую с прекращением московскосибирских переговоров, а скорее была следствием неудачно выбранного маршрута, в результате чего дипломатическая миссия встретила на пути отряд Маметкула, племянника хана Кучума и главного полководца Сибирского ханства, отправленного в поход на Чусовую и Пермь Великую. При этом сам факт убийства не повлек за собой политической реакции со стороны Ивана IV, если не считать таковой вскоре последовавшую передачу земель на Тахчее и Тоболе Строгановым для их дальнейшего освоения, что, однако, в тех условиях выполнить не удалось

Статья посвящена объяснению встречающихся в «Казанской истории», известном русском источнике XVI в., трех определений, примененных по отношению к казанскому князю Чуре Нарыкову, ставшему под именем Чуры (Шоры) батыра главным героем распространенного у ряда тюркских народов специального дастана. Это понятия «большой князь», «волостель» и «воевода». Под ними на самом деле скрываются тюркские термины «улубий», «карачабек» и «батыр», связанные с социально-политической структурой Казанского ханства как одного из позднезолотоордынских юртов, унаследовавшего эту структуру от эпохи Золотой Орды. Она базировалась на клановых принципах, и в случае Чуры Нарыкова мы имеем дело с вождем клана аргын — одного из четырех правивших первоначальных татарских кланов Казанского ханства, связанных еще с ханом Тохтамышем. В целом детальное изучение содержащихся в «Казанской истории» названных трех исторических понятий позволяет заключить, что данный источник нуждается в дальнейшем анализе, поскольку содержит уникальные сведения

В статье рассматривается история «казанского вопроса» в международных отношениях в Восточной Европе 1530-х гг. Показано, как эта внешнеполитическая проблематика из локальной переросла в региональную, в решение которой оказались втянуты Ногайская Орда, Астраханское ханство, Крымское ханство и Великое княжество Литовское. В работе анализируются сохранившиеся фрагменты казанско-литовской переписки. Оспаривается изменение датировки одного из посланий, предложенное К. Ю. Ерусалимским. Делается итоговый вывод, что попытка привлечь к русско-казанским отношениям Вильно, предпринятая Сафа-Гиреем, оказалась не очень удачной. Ногайская Орда в конфликте между Москвой и Казанью не сделала окончательного выбора. Часть кочевой знати участвовала в нападениях на русские земли, а часть, напротив, настаивала на замирении противоборствующих сторон. Особое внимание уделено дипломатическому маневрированию казанского хана Сафа-Гирея. Используя переговоры, намеренно их затягивая, он смог добиться сохранения оборонного потенциала Казани, не отдав русским городской артиллерии. Наиболее действенным стало вмешательство крымского хана СахибГирея, принудившего стороны к перемирию. Однако мирные переговоры были сорваны казанским ханом Сафа-Гиреем, и конфликт перешел в необратимую фазу

Распад Золотой Орды (Улуса Джучи) показан в статье как следствие многочисленных исторических ситуаций, возникших на обширном пространстве Евразии. Статья также посвящена выявлению тенденций, связанных с возникновением и развитием постордынских ханств, образовавшихся после распада Улуса Джучи. Показано, что возникшие на территории бывшей Золотой Орды «наследные» ханства продолжили золотоордынские этнополитические и культурно-цивилизационные традиции. Сделан вывод о том, что при всех реликтах единства Золотой Орды нельзя не видеть усиливавшуюся тенденцию к взаимному отдалению постордынских государств друг от друга. Выявленные авторами противоречивые тенденции развития ханств представлены на фоне отношений «нового» тюрко-татарского мира с Московским (Российским) государством. Стороны активно влияли друг на друга не только в военном отношении. В середине XVI в., с завоеванием Казанского ханства, начался новый этап во взаимоотношениях Москвы и постордынских ханств, амбивалентные оценки которых органично отразились в русской литературе второй половины XVI–XVII вв., включая популярную в российском обществе «Казанскую историю»

Прослеживается процесс постепенной трансформации англо-арабских и англо-еврейских отношений в Палестине в период мандатного управления. Значительное внимание в работе уделено анализу национального движения палестинских арабов в 30-е годы, которое имело антиеврейскую и антибританскую направленность. Была исследована ситуация в арабской и еврейской общинах Палестины, рассмотрены причины, ход и последствия арабского восстания 1936 - 1939 годов. Раскрыты идеологические установки арабских и еврейских партий и организаций в Палестине в период мандатного управления, их практическая деятельность. Освещается деятельность королевских комиссий в Палестине в 30-е годы ХХ века. Рассмотрены их рекомендации по разделу Палестины на арабское и еврейское государства, при контроле Великобританией части страны. Эти планы не были претворены в жизнь. Белая книга 1939 года рекомендовала на 10 лет «заморозить» ситуацию в Палестине. Всё это свидетельствовало о кризисе мандатной системы в Палестине и неспособности страны-мандатария контролировать ситуацию в стране в рамках мандата.

Раскрыты количественный и качественный состав бронетанковых частей Отдельной Приморской армии накануне и в период проведения первого этапа Крымской наступательной операции в апреле 1944 года, описаны основные боевые действия этих частей. Особо подробно отражены события освобождения населенных пунктов Юго-Восточного Крыма, ранее никак не отмеченные в историографии войны; выявлены проблемы и поставлены задачи для дальнейших исследований действий советских войск на Южном берегу Крыма. Впервые в историографии даны подробные сведения о советских танкистах, погибших в ходе боёв и местах их первичного захоронения. С использованием архивных документов, повествовательных источников в исследовании реконструирован и приведен ряд ранее неизвестных моментов истории освобождения Крыма, уточнены некоторые обстоятельства известных событий.

В последнее время в краеведческой литературе появились противоречивые сведения о посещении Ореанды Николаем I и императрицей Александрой Федоровной. Как известно, император подарил это имение своей супруге во время посещения Крыма осенью 1837 г. В некоторых публикациях подробно описывается отдых императорской четы в новом ореандском дворце осенью 1852 г. Однако согласно документальным данным царская семья в том году дворец не посещала, поскольку его обустройство было закончено только весной 1853 г. Николай I в октябре 1852 г. побывал с кратким визитом в Севастополе с целью инспекции Черноморского флота, но в Ореанду он не заезжал, как и во время предыдущей подобной поездке в 1845 г. В дальнейшем поездке в Крым воспрепятствовала Крымская война, а в 1855 г. скончался император Николай Павлович. Дворец в Ореанде, пострадавший от бури в ноябре 1854 г., был восстановлен в короткие сроки и осенью 1856 г. был готов принять свою хозяйку. Однако вдовствующая императрица, несмотря на желание посетить Ореанду, каждый год ездила поправлять здоровье на европейские курорты. Во-первых, против поездки в Крым выступали придворные врачи, для которых Крым был терраинкогнита. Во-вторых, поездки Александры Федоровны в Европу имели важное значение в рамках династической дипломатии и помогали России преодолеть внешнеполитическую изоляцию после Крымской войны.

Проводится анализ содержания отечественных энциклопедий, относящегося к теме ордынского владычества. Энциклопедии оказывают влияние, в первую очередь, на исторические представления массового сознания. Они дают возможность проследить изменение с течением времени взглядов на русско-ордынские отношения в российской исторической науке. Выделяется несколько этапов освещения проблемы ордынского владычества: вторая пол. XIX - нач. XX в., 1920-е - 1980-е гг., постсоветский период. Показано, как в каждый из выделенных периодов складывается и изменяется под воздействием определенных факторов политики государства исторический нарратив, связанный с пониманием и описанием взаимоотношений Руси со Степью. На протяжении изучаемого периода интерес к теме ордынского владычества неуклонно растет.

Исследование продолжает сюжетную линию «Гриневич и Керчь», начатую автором в публикациях предыдущих лет. На основе выявленных документов из рукописного отдела Научного архива Института истории материальной культуры РАН, которые впервые вводятся в научный оборот, воссоздана история одного года из богатой творческой биографии крупного археолога, музейного деятеля Константина Эдуардовича Гриневича (1891-1970). Рубежный период биографии историка связан с получением им поста уполномоченного по делам музеев Севастопольского района, а затем и директора Херсонесского археологического музея. Рассмотрены коммуникации К. Э. Гриневича в этот период. Новый руководитель музейного объединения в Севастополе организовал на базе Херсонесского музея всесоюзный научный семинарий по изучению античной и средневековой истории. Однако его новация не была поддержана учеными из Российской академии истории материальной культуры. В публикации приведен текст краткого отчета К. Э. Гриневича о руководимой им археологической экспедиции на Керченском полуострове в 1924 году, тексты его писем в Археологический подотдел Музейного отдела Главнауки Наркомата просвещения РСФСР.

Исследуются первые годы независимости Венесуэлы после распада конфедерации Великая Колумбия и избрания президентом независимой Венесуэлы Х. А. Паэса. Изучены военно-политические конфликты в Венесуэле в первые годы ее существования и причины побед и поражений в них Х. А. Паэса. Противоречивая фигура Х. А. Паэса, негативно оценивавшаяся в советской исторической школе, тем не менее, играет значительную роль в процессе политического становления независимой Венесуэлы, и изучение того, как и почему именно Х. А. Паэс стал одним из военных вождей освободительного движения под руководством С. Боливара, а затем, порвав с С. Боливаром, оказался первым политическим лидером независимой Венесуэлы, является условием объективного взгляда на историю Венесуэлы, взгляда, свободного от идеологической критики, но также, свободного от апологетики, которая была присуща многим исследованиям, как на западе, так и в самой Венесуэле. Последовательное рассмотрение фактов биографии первого венесуэльского президента дает базисную фатологию для научного исторического анализа событий начального этапа истории этой страны.